Участие полиции в налоговых проверках бизнеса резко увеличивает сборы, выяснил Финансовый университет (высшее учебное заведение, где готовятся специалисты по фундаментальным и многим прикладным наукам) при правительстве. Это может стать поводом для создания нового фискально-силового органа. При совместных проверках бизнеса налоговиками и полицией (система государственных служб и органов по охране общественного порядка) средний размер доначислений по налогам резко возрастает: самостоятельно налоговики доначисляют в среднем по 7,5 млн руб. За одну проверку, а при участии полиции —.  в два-три раза больше, выяснили ученые Финансового университета при правительстве. Вывод сделан на основе данных Федеральной налоговой службы (ФНС) и Министерства внутренних дел (МВД), пояснил РБК руководитель исследования (в предельно широком смысле — поиск новых знаний или систематическое расследование с целью установления фактов), профессор Финансового университета Иван Соловьев. Пресс-служба ФНС подтвердила РБК актуальность данных. МВД на запрос РБК не ответило.nЦель исследования —.  сформулировать предложения по совершенствованию законодательства для улучшения взаимодействия между налоговиками и правоохранителями при выявлении налоговых преступлений, следует из пояснений Соловьева (русская фамилия) для РБК. По его словам, ученые выполняют государственное задание, полученное от правительства. Завершить исследование планируется к началу ноября. По итогам исследования ученые могут предложить правительству создание специализированного органа по расследованию налоговых преступлений —.  по образцу итальянской Guardia di Finanza и по аналогии с налоговой полицией, которая существовала в России до 2003 года.nВ 2013 году при самостоятельных проверках ФНС доначисляла бизнесу (предпринимательская деятельность — экономическая деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от производства и продажи товаров, оказания услуг) в среднем 6,9 млн руб. Налогов (обязательный, индивидуально безвозмездный платёж, принудительно взимаемый органами государственной власти различных уровней с организаций и физических лиц в целях финансового обеспечения) за одну проверку, а при инспекциях с участием полиции втрое больше —.  21,6 млн руб., свидетельствует статистика, которую анализировали исследователи. В 2014 году совместные проверки оказались в 2,5 раза эффективнее (20,6 млн против 8,2 млн руб.), а в 2015 году —.  вдвое эффективнее (19,1 млн против 8,9 млн руб.).nФНС объясняет столь существенную разницу тем, что совместные проверки проводятся в наиболее сложных случаях уклонения от уплаты налогов. Если есть свидетельства необоснованного возмещения НДС или акциза, или при выявлении преступных схем уклонения от уплаты налогов, когда налогоплательщик избегает налогового контроля или активно противодействует выездной налоговой проверке (в случаях «миграции» организации, реорганизации или ликвидации после решения налоговиков провести выездную проверку), или использует в работе фирмы-однодневки и т. д.nКроме того, согласно разъяснениям ФНС, налоговики могут привлекать полицейских, если поводом для проверок становятся материалы о налоговых нарушениях, которые сами полицейские направили налоговикам. Полномочия полиции при сборе доказательств о налоговых правонарушениях шире, чем у налоговиков, в первую очередь за счет права проводить оперативно-разыскную деятельность (ОРД), указывает пресс-служба ФНС. Материалы ОРД считаются надлежащими доказательствами по делам о налоговых правонарушениях. Сейчас ФНС и МВД завершают согласование проекта совместного приказа о порядке передачи таких материалов налоговым органам, это, окажет положительное влияние на эффективность взаимодействия двух ведомств», сообщила РБК пресс-служба налоговой службы.nНе только эффективностьnСоловьев допускает, что совместные налоговые проверки более эффективны еще и потому, что в присутствии полицейских у проверяющих и налогоплательщиков меньше возможностей «договориться» —. Во время таких проверок происходит только поиск нарушений.n«Действительно, совместные проверки налоговой и полиции дают синергетический эффект —.  их права объединяются, и благодаря этому они могут гораздо глубже и тщательнее проверить бизнес», —. Говорит Роман Терехин, управляющий партнер бюро «Деловой фарватер», которое специализируется на защите бизнеса при налоговых проверках. Когда у проверяющих больше прав, то появляется и гораздо больше возможностей для выявления правонарушений и доначисления налогов, объясняет Терехин.nНо есть и обратная сторона: при совместных проверках возрастает не только эффективность. «Чем больше силы мы даем проверяющим, тем больше риска, что эта сила будет использована не только во благо, но и во вред», —. Отмечает Терехин (русская фамилия, женская форма ). В отличие от налоговиков, которые говорят с бизнесом на понятном языке и изучают бухгалтерские документы, полиция —.  орган, который [отвечает] за «закошмаривание» бизнеса, этот метод до сих пор жив и применяется. По его словам, во время выездных налоговых проверок полицейские часто запрашивают документы —.  не в интересах самой проверки, а в рамках своих оперативно-разыскных мероприятий, позже эти документы в эту выездную проверку могут даже не попасть. «И как их потом будут использовать, мы заранее не знаем», —. Сетует Терехин.nЕдва ли результаты совместных налоговых инспекций говорят о более глубоких и компетентных проверках, что вряд ли целесообразно привлекать силовые органы к проверкам, считает сопредседатель «Деловой России» Андрей Назаров. Реальные налоговые доначисления могут осуществить только компетентные сотрудники ФНС, а никак не полицейские. Но в присутствии полицейских предприниматели чаще готовы согласиться с доначислениями, более жестких проверок, отмечает Назаров. При внешней видимости позитивного результата в целом для экономики и инвестиционного климата такие совместные проверки являются, отрицательным фактором», —. Полагает собеседник РБК.nЛучше самиnНесмотря на показатели статистики, налоговики все же предпочитают проверять бизнес самостоятельно, свидетельствуют данные Финансового университета. В 2013 году (условная единица измерения времени, которая исторически означала однократный цикл сезонов (весна, лето, осень, зима)) полицейские участвовали в 6531 выездной налоговой проверке из 41331 (16%), в 2014 году —. В 2015 году —. Сейчас каждая пятая выездная проверка проводится с участием полицейских (система государственных служб и органов по охране общественного порядка), подтверждает пресс-служба (-служба — подразделение госучреждения, органа власти, суда, корпорации, крупной или средней фирмы, осуществляющее взаимодействие данной структуры с прессой и прочими СМИ) ФНС. Служба не ставит цели все проверки проводить совместно с органами МВД, сказано в ответе ФНС на запрос РБК. Существенное количество проверок с суммой доначислений выше среднего проводится налоговыми органами самостоятельно, отмечают налоговики.nСовместные проверки проводятся по инициативе налоговых органов. Налоговики просят участия полиции, когда нужны конкретные действия по осуществлению налогового контроля (выемка документов, исследование, содействие сотрудникам ФНС, если их деятельности препятствуют или требуется защита их жизни и здоровья при проверках, следует из разъяснений пресс-службы ФНС.nНалоговики привлекают к проверкам (Тестирование Инвентаризация Допинг-контроль Проверка подлинности Служебная проверка Проверка орфографии Проверка на дорогах Камеральная налоговая проверка Выездная налоговая проверка Проверка) полицейских, когда видят явные признаки налоговых преступлений (правонарушение (общественно опасное деяние), совершение которого влечёт применение к лицу мер уголовной ответственности), когда информацию о нарушениях получают из правоохранительных органов, но чаще всего —. А в остальных случаях предпочитают действовать самостоятельно, объясняет Соловьев. «Есть же разные налогоплательщики —.  кто-то может и на порог не пустить. То есть это некая силовая составляющая», —. Говорит ученый. Полицию зовут, когда компания саботирует взаимодействие —.  не дает документы, сотрудники не являются на допросы, а полиция в отличие от налоговиков может проводить обследования, вызывать людей для дачи объяснений, согласен Терехин. Но полиция, и сама может включаться в любые выездные проверки —. Если имеет какую-то информацию о налогоплательщике.nПроцессуальная эффективность собранных налоговиками материалов невысока, отмечают исследователи, уголовные дела по ним возбуждаются лишь в 9–. 11% случаев. Которыми пользуются налоговики, не позволяют документировать налоговые преступления —.  налоговики не могут прослушивать телефоны, проводить оперативное внедрение и наблюдение —. Что для документирования преступлений использует полиция, объясняет Соловьев. При этом немедленный результат дал возврат к прежнему порядку возбуждения уголовных дел по налогам, согласно которому Следственный комитет получил право использовать материалы полицейских оперативно-разыскных действий, констатируют исследователи. В течение 2015 года количество таких дел увеличилось почти на полторы тысячи —.  с 3102 до 4568.n«Это же не потому произошло, что налоговики стали слать больше материалов в Следственный комитет. Следственный комитет сработал лучше, потому что стал получать дополнительные материалы (вещество или смесь веществ, из которых изготавливается продукция, которые способствуют процессу труда, либо придают изготовленной продукции определенные свойства) из полиции», —. Рассуждает Соловьев. По этой же причине существенно увеличились и объемы платежей в бюджет: общая сумма возмещенного ущерба при доследственных проверках и расследованиях налоговых преступлений в 2015 году составила 14,9 млрд руб. Рост —.  на 86%.nИтальянский рецептnОсновываясь на всех этих показателях, ученые приходят к выводу о необходимости «значительного укрепления государственной системы противодействия налоговой преступности». Идеальным вариантом они считают введение «единого правоохранительного цикла выявления, пресечения и расследования налоговых преступлений». Это можно реализовать путем создания специализированного правоохранительного органа (финансовой полиции), полагают исследователи.nВ качестве удачного примера ученые приводят Финансовую гвардию в Италии (Guardia di Finanza). Согласно ее годовому отчету, в 2015 году сумма выявленных сокрытых налогов превысила €. 1 млрд. В пересчете на рубли это примерно 84,7 млрд —.  против 14,9 млрд (натуральное число, изображаемое в десятичной системе счисления единицей с 9 нулями (1 000 000 000 = 109, тысяча миллионов) в системе наименования чисел с длинной шкалой) руб. В целом по России, отмечают они. То есть гораздо меньшими человеческими ресурсами с вдвое меньшего количества налогоплательщиков устанавливается ущерб больше в 5,7 раза, подсчитали ученые.nНазад в будущееnВ России специальный орган по борьбе с налоговой преступностью уже был —.  Налоговая полиция. Она была создана в 1992 году и ликвидирована в 2003-м. Официальных объяснений необходимости ликвидации не было, но решению предшествовал конфликт ведомства с «Газпромом», который налоговые полицейские обвинили в уклонении от уплаты налогов на «десятки миллиардов рублей».nПоказатели Налоговой полиции по расследованию налоговых преступлений были лучшими в российской истории: в некоторые годы возбуждалось по 40–. 50 тыс.  дел, напоминает Соловьев. При этом, как и сейчас, существовал институт освобождения от уголовной ответственности при уплате сокрытых налогов —.  и поступления в бюджет были огромными, отмечает собеседник РБК.nОн подтвердил, что ученые обсуждают возможность предложить правительству создание специализированного органа (Орган — обособленная совокупность различных типов клеток и тканей, выполняющая определённую функцию в пределах живого организма) по расследованию налоговых преступлений. Это не будет предложено «как императив» —. Лишь как возможность. Чтобы эффективно выявлялись налоговые преступления, нужно собрать все государственные полномочия в единый цикл, от выявления до пресечения и расследования (преступлений — деятельность специально уполномоченных государственных органов по получению сведений о действии или бездействии, могущих иметь признаки преступления, установлению события и состава), чтобы это делалось «на одном дыхании», —. Аргументирует Соловьев. Таким было устройство Налоговой полиции, но речи о возврате именно того института с его «пугающей репутацией» не идет. В отличие от 1990-х годов сейчас гораздо больше возможностей набрать в единый орган действительно грамотных специалистов, объясняет Соловьев.nНалоговая полиция по большому счету не исчезла, обращает внимание Терехин: после ряда трансформаций в МВД сохранились специализированные оперативно-разыскные части, занимающиеся именно налоговыми преступлениями. Если речь пойдет об объединении этих подразделений с ФНС, то нужно учитывать, помимо противодействия налоговым преступлениям, напоминает эксперт. Если слить это все в единое ведомство (орган государственного управления или местного самоуправления, наделенный правами, обязанностями и полномочиями в какой-либо области государственной деятельности или отрасли народного хозяйства), очень неповоротливый гигант —.  очередное сверхсиловое ведомство, которое создается больше под руководителя, считает Терехин. Если же выделить специальные функции из ФНС и МВД, которая сейчас проложена между ФНС и МВД, проляжет внутри ФНС —. Между соседними отделами камеральных и выездных налоговых проверок, предсказывает собеседник РБК.nПростого решения в этом вопросе нет, считает Терехин, структурно лучше ничего не менять, а лучше бороться за эффективность взаимодействия ФНС и МВД и за более четкие формулировки их прав и обязанностей. Сейчас полиция при проведении ОРД по налоговым преступлениям использует те же методы, что и при расследовании убийств, указывает эксперт, что подходы к «беловоротничковой» преступности должны быть совсем другими.nРанее передать расследование всех экономических преступлений одному правоохранительному органу по примеру Италии предлагало само предпринимательское сообщество. Предложение содержалось в докладе бизнес-омбудсмена Бориса Титова президенту Владимиру Путину за 2015 год, в его подготовке участвовали ведущие деловые организации. Создание единого органа помогло бы изменить ситуацию с незаконным уголовным преследованием предпринимателей, поскольку «2015 год характеризовался самым сильным за последние годы давлением уголовного закона на бизнес», рассудило бизнес-сообщество.nНо статистика совместных налоговых проверок, изученная Финансовым университетом, —. Что к этой идее нужно относиться осторожнее, считает Назаров (был автором главы доклада Титова, в которой содержалось предложение о едином органе). Что такое единое ведомство окажется скорее силовым. Если добавить силовой аспект в нынешнюю, достаточно сбалансированную налоговую политику, когда налоговое ведомство воспринималось как жесткий фискально-силовой орган, чьи действия часто приводили к необъективным результатам по доначислениям, в результате чего многие компании просто перестали существовать, напоминает сопредседатель «Деловой России».nНикаких действий для реализации идеи создания единого органа по борьбе с экономическими преступлениями не предпринималось, сказал РБК источник. Ученые свою идею с чиновниками не обсуждали, уточнил участник исследования Финансового университета. В ФНС об участии ведомства в подобных обсуждениях сообщили, что вопрос не входит в компетенции ведомства.  . Источник: rbc.ru.